Психологическая помощь

Психологическая помощь

Запишитесь на индивидуальную или семейную консультацию к психологу в Москве.

Библиотека

Читайте статьи, книги по популярной и научной психологии, пройдите тесты.

Блоги психологов

О человеческой душе и отношениях читайте в психологических блогах.

Психологический форум

Получите бесплатную консультацию специалиста на психологическом форуме.

Росс В. Грин
(Ross W. Greene)

Взрывной ребенок. Новый подход к пониманию и воспитанию легко раздражимых, хронически несговорчивых детей

Содержание:

Предисловие

1. Случай с блинчиками

2. Дети ведут себя хорошо, если могут

3. Стабилизаторы и дестабилизаторы

4. Стабилизаторы и дестабилизаторы в реальной жизни

Фрагмент книги «Взрывной ребенок. Новый подход к пониманию и воспитанию легко раздражимых, хронически несговорчивых детей», Росс В. Грин. Перевод: Н. Музычкина, А. Смолян, Н. Музычкина, А. Смолян. Изд.: Теревинф, 2013 г.


4. Стабилизаторы и дестабилизаторы в реальной жизни

Вам наверняка уже пришло в голову, что в силу многообразия индивидуальных стабилизаторов и дестабилизаторов многообразны должны быть и внешние проявления неадаптивности и ослабленного эмоционального самоконтроля у разных детей. Чтобы яснее представить, как подобные вещи выглядят в реальной жизни, я приведу примеры из своей практики. Возможно, вы обнаружите сходство между теми, о ком пойдет речь в этой главе, и вашими собственными взрывными детьми или учениками. На протяжении всей книги мы будем еще не раз возвращаться к нашим героям и их семьям.

Кейси

Кейси, 6-летний мальчик, живет со своими родителями и младшей сестрой. Его родители рассказали, что дома Кейси гиперактивен, не может играть самостоятельно (но и с другими детьми играет не очень хорошо) и плохо переключается с одного дела на другое. Загнать его домой с улицы стоит неимоверных усилий. По словам родителей, он очень умный мальчик, с хорошей памятью, но при этом он сильно тревожится, когда сталкивается с новым заданием или сменой ситуации, и часто пребывает в раздраженном и возбужденном состоянии. Родители много читали об СДВГ, поскольку считали, что это их случай, но все же они чувствовали, что многие особенности поведения их сына не вписываются в рамки этого расстройства. Им казалось, что ярлык «маленький диктатор» описывает поведение их сына намного точнее, чем любой из традиционных диагнозов. Кейси был очень избирателен и придирчив в выборе одежды и еды (он часто жаловался на то, что одежда раздражает, а еда странно пахнет). Подобные особенности появились в поведении мальчика с тех пор как ему исполнилось 2 года.

Родители обращались к психологу, который помог им разработать систему поощрений и наказаний. Они подошли к применению разработанной системы ответственно, но обнаружили, что гиперактивность, неадаптивность и раздражительность Кейси пересиливают его желание добиться поощрения и избежать наказания. На самом деле эта система делала его еще более раздражительным, но психолог настаивал на том, что ее нужно придерживаться, и она обязательно исправит поведение ребенка. Однако этого не произошло, и через три месяца родители от нее отказались. Они неоднократно пытались обсудить с сыном его поведение, но даже в хорошем настроении его способность к обсуждению собственного поведения была крайне низка. Через несколько секунд он выбегал из комнаты с криком: «Я не могу сейчас об этом говорить!».

В школе у Кейси тоже были проблемы. Учительница первого класса рассказала, что иногда Кейси дерется или кричит на других детей на переменах или на уроках, которые проводятся в свободной форме, особенно если ситуация складывается не так, как ему хочется. Также как и его родители, учительница отмечала незаурядные знания Кейси, но была обеспокоена его неумением самостоятельно решать возникающие проблемы. Если на уроке требовалось применить заученные наизусть правила, то Кейси блистал. Но при необходимости использовать ту же информацию в более абстрактных, комплексных, приближенных к реальной жизни ситуациях его ответы были беспорядочными и невразумительными. Когда Кейси раздражала сложившаяся на уроке ситуация или стоящая перед ним задача, он выкрикивал: «У меня не получается!», приходил в возбуждение или начинал плакать, а иногда даже выбегал из класса. Несколько раз он убегал из школы, заставляя всех сильно тревожиться. Иной раз он успокаивался быстро, но иногда ему требовалось 20-30 минут, чтобы прийти в себя. В результате он испытывал угрызения совести («Простите, что я выбежал из класса... я знаю, что не должен был этого делать»), а иногда толком не мог вспомнить, что же произошло.

Учительница нередко могла предсказать, что у Кейси будет нелегкий день, в тот момент, как он входил в дверь класса. Но она также заметила, что Кейси может буквально «рассыпаться на части», даже если день проходит относительно гладко. Учительницу очень беспокоили взаимоотношения Кейси с другими ребятами. Складывалось впечатление, что у мальчика отсутствует обратная связь: он не понимал, как окружающие воспринимают его поступки и, соответственно, не мог соотносить свое поведение с реакцией других детей.

На первой встрече с новым психологом Кейси был крайне гиперактивен и то ли не мог, то ли или не хотел говорить о своих проблемах. Он ни на минуту не останавливался и хватал в кабинете то одну, то другую игрушку. Когда в комнату были приглашены его родители, он просидел ровно столько, сколько потребовалось, чтобы выслушать, зачем его привели к новому психологу. А привели его для того, чтобы обсудить расстройство и раздражение, возникавшие у него в тех случаях, когда ситуация складывалась не так, как он ожидал. Он согласился, что это действительно иногда бывает Когда родители попытались уговорить его обсудить эту проблему, он уткнулся матери в плечо. Когда они стали настаивать, он предупредил: «Я не могу сейчас об этом говорить!» Однако родители продолжали настаивать, и в результате он, покраснев и придя в возбуждение, выбежал из кабинета.

- Это типичная реакция? - спросил психолог.

- Нет, дома раздражение выплескивается гораздо сильнее, - ответила мать, -до драки с нами дело не доходит (хотя в школе он иногда мог ударить одноклассника), но он полностью теряет контроль над собой... краснеет, кричит или рыдает, вопя: «Я вас ненавижу!»

- Знаете, то, что он выбежал из кабинета, в какой-то мере - проявление адаптивности, - заметил психолог.

- Это каким же образом? - удивился отец.

- Ну, из того, что вы мне рассказали, с очевидностью следует, что ему очень сложно обдумывать и обсуждать собственное поведение, а также терпеть раздражение, вызванное нашими попытками разговорить его, - ответил врач. - Нам хочется, чтобы Кейси принял участие в обсуждении и описал ситуацию словами. Но то, что он выбежал из кабинета, скорее всего, помогло ему удержаться от других действий: ругательств, швыряния предметов, физической агрессии, что было бы гораздо хуже.

- Мы в состоянии смириться со многими особенностями поведения Кейси, - сказала мать. - Но эти его вспышки, и то, как разрушительно они влияют на всю нашу семью, и как он будет жить дальше, если мы ему не поможем... это нас очень волнует.

Какие стабилизаторы отсутствуют у Кейси? Можно предположить, что ему сложно переключаться с одного вида интеллектуальной деятельности на другой (навыки сознательного самоуправления), он раздражителен (навыки контроля эмоций), испытывает дискомфорт при столкновении с новыми задачами и ситуациями (навыки интеллектуальной гибкости) и возможно, у него недостаточно развиты социальные навыки. Оставалось неясным, не были ли связаны затруднения мальчика с задержкой развития речевых навыков. К числу его дестабилизаторов явно относилась гиперчувствительность.

Таким образом, первоочередной задачей было выявление отсутствующих у Кейси стабилизаторов (чтобы определить, какие именно навыки в нем нужно развивать), и составление полного списка дестабилизаторов (чтобы определить те проблемы, которые необходимо разрешить). Вопрос о применении лекарственных средств для снижения гиперактивности, импульсивности и раздражительности оставался открытым.

Элен

Мать и отец Элен впервые обратились к специалистам, когда девочке было семь лет Ее можно описать как очаровательную, эмоциональную, творческую, энергичную, общительную девочку. Но родители жаловались на ее напряженность, вспыльчивость, страсть к спорам, упрямство и невыносимое поведение под влиянием раздражения. Они заметили, что Элен очень трудно переключаться с одного вида деятельности на другой и она не умеет справляться с собой, когда ситуация развивается не так, как она рассчитывала. Особенно трудно им приходилось в выходные. Хотя Элен не любила ходить в школу, в выходные ей становилось скучно, и ей было очень трудно угодить. Преподавательница игры на фортепьяно жаловалась, что Элен легко раздражается и злится, когда ей приходится разучивать новые произведения. Учительница второго класса заметила, что Элен нередко ворчит, когда класс переходит к изучению новой темы. Психолого-образовательный тест показал, что, несмотря на уровень развития Элен, превышающий средний показатель для ее возраста, у нее недостаточно развита речь (как вы уже догадались, речь идет о таких стабилизаторах, как речевые навыки и навыки интеллектуальной гибкости).

На одной из первых встреч с психологом родители Элен рассказали о взрыве, случившемся с ней неделей раньше.

- Во вторник Элен сказала, что хочет на обед фаршированный перец. Во второй половине дня в среду я пораньше ушел с работы, чтобы приготовить для нее это блюдо, - рассказывал отец. - Вернувшись в среду из бассейна, она выглядела немного усталой, и, когда я сказал, что приготовил ей перец, который она просила, она пробурчала: «Я буду макароны с сыром». Это меня несколько удивило, ведь я знаю, что она на самом деле любит фаршированный перец. И, конечно, я слегка расстроился, поскольку потратил уйму времени, чтобы сделать ей приятное. В общем, я ответил, что ей придется есть перец. Но, похоже, она не могла выкинуть из головы мысль о макаронах с сыром, а я продолжал настаивать на том, чтобы она ела перец. Чем больше я настаивал, тем сильнее она раздражалась. В конце концов она взорвалась: она кричала и плакала, но я твердо решил, что она будет есть приготовленный для нее перец.

- И что же вы дальше сделали? - спросил психолог.

- Мы велели ей отправляться в свою комнату и сидеть там, пока она не согласится есть перец, - ответила мама Элен. - В течение целого часа она кричала и плакала у себя в комнате. В какой-то момент она начала колотить по зеркалу и разбила его. Представляете? И все это из-за фаршированного перца! Несколько раз я заходила к ней в комнату и пыталась ее успокоить, но без толку. Она была совершенно невменяема. Самое удивительное, что потом она даже не могла вспомнить, из-за чего она так расстроилась.

- Почему для вас было так важно, чтобы она ела именно фаршированный перец, а не макароны с сыром? - поинтересовался психолог.

- Потому что я приложил немало усилий для того, чтобы сделать ей приятное, - ответил отец.

- Звучит убедительно, - заметил специалист - Но как вы думаете, этот скандал, ее вспышка ярости, разбитое зеркало и загубленный вечер научат ее вести себя иначе в сходных ситуациях, вызывающих раздражение?

- Нет, - последовал немедленный дружный ответ.

- Как Элен вела себя, когда скандал закончился? - поинтересовался психолог.

- Очень раскаивалась и была с нами очень ласкова, - ответила мать. - В таких ситуациях я не знаю, следует ли ее сразу прощать или же продолжать демонстрировать ей свое недовольство, чтобы она усвоила, что нам отвратительно подобное поведение.

- Ну, - ответил психолог, - если вы понимаете, что провоцирование и переживание подобных вспышек не научит ее справляться с раздражением впредь, то вы должны понимать, что ваше недовольство тоже вряд ли ей поможет.

- Да, но как объяснить ей, что такое поведение недопустимо? - спросила мать.

- Насколько я понял, - сказал психолог, - Элен прекрасно знает, что вам совсем не нравится подобное поведение... не думаю, что нужно ей это лишний раз объяснять. Девочка искренне хочет добиться вашего одобрения... скандалы нравятся ей не больше, чем вам... поэтому я не думаю, что она нуждается в дополнительной мотивации нормального поведения.

Что действительно требуется Элен и ее родителям - это иной способ разрешения разногласий и проблем.

- Мы должны помочь Элен овладеть рядом навыков, - продолжил психолог - Нужно научить ее справляться с неопределенностью и непредсказуемостью. И, похоже, следует обратить внимание на развитие ее речевых навыков. Я хотел бы получить больше информации о конкретных ситуациях, вызывающих у нее истерики. Это поможет нам определить, какие именно проблемы нужно решать. Я просил бы вас на протяжении следующей недели записывать все ситуации, в которых Элен будет демонстрировать сильное раздражение. Подозреваю, что существует семь-восемь дестабилизаторов, вызывающих у нее взрывы. Составленный вами список поможет мне их выявить.

Дэнни

Дэнни учится в пятом классе. Его родители разошлись, когда мальчику было семь лет, но они сумели остаться друзьями и оба принимают участие в воспитании своих детей. Каждые выходные Дэнни и его младшая сестра проводят у отца и его невесты. Мать описывает Дэнни как очень развитого мальчика, склонного к перфекционизму, подверженного резким сменам настроения, раздражительного и, как следствие, легко теряющего самоконтроль. Больше всего маму Дэнни беспокоили приступы ярости, случавшиеся с ним не реже нескольких раз в неделю, начиная с двухлетнего возраста. Во время таких приступов он способен на словесную и на физическую агрессию. Кроме того, мать тревожится о том, как эти приступы отражаются на сестре Дэнни, которая временами боится своего старшего брата, а иногда получает удовольствие, провоцируя его. В школе у Дэнни приступов ярости никогда не случалось.

Дэнни неоднократно бывал у психологов и, как и большинство взрывных детей, накопил впечатляющий список диагнозов, включая оппозиционно-вызывающее расстройство поведения, депрессию и биполярное расстройство. Несколько лет назад семейный врач выписал мальчику риталин, однако прием лекарства никак не повлиял на резкие смены его настроения, и Дэнни по-прежнему оставался упертым и взрывным. Психиатр пробовал прописать ему антидепрессант, но это лекарство лишь усилило его возбудимость и гиперактивность.

- Дэнни может быть в хорошем настроении, и вдруг - бац! - что-то идет не так, как ему хочется, и он начинает рвать и метать, - говорит его мама. - Просто не знаю, что мне делать. Пару дней назад мы ехали в машине, и я пропустила наш поворот. Дэнни начал нервничать из-за того, что дорога займет больше времени. И вдруг мой десятилетний сын начал с силой пинать ногами спинку моего сиденья. Прямо в машине! А ведь я была за рулем! Это же просто безумие какое-то!

- Мне надоело выслушивать от окружающих, что все это оттого, что я - мать-одиночка. Мой бывший муж до сих пор принимает активное участие в воспитании Дэнни, и мы никогда не настраивали детей против отца или матери, как иногда бывает после развода. Я бы сказала, что отец даже чересчур старается быть сыну лучшим другом. Но в любом случае, истерики у Дэнни начались задолго до размолвок в нашей семье. Хотя я должна признать, что со мной он выходит из себя намного чаще, чем с отцом.

Во время беседы с психологом Дэнни искренне раскаивался в том поведении, которое описала мать. Он говорил, что изо всех сил старается сдерживаться, чтобы не ругаться и не распускать руки, но у него не получается. С самого начала психологу показалось, что основной причиной взрывов является крайняя раздражительность мальчика. У него также наблюдалась склонность к черно-белому восприятию действительности (недостаток навыков интеллектуальной гибкости). Сам Дэнни объяснил свои частые взрывы в присутствии матери тем, что мать «слишком достает».

В начале одной из встреч с психологом мать описала самый сильный взрыв Дании на прошедшей неделе:

- Вчера я позвала его с улицы: пора было заканчивать играть в баскетбол и идти ужинать. Он стал ныть, но я настаивала. И вдруг он налился краской, начал осыпать меня ругательствами, орать, что я ему всю жизнь испортила, и мне пришлось прятаться за дверью от его пинков. Я была в ужасе. И дочка тоже. И ведь такое не первый раз происходит. Двадцать минут спустя ему стало стыдно, и все равно это ни в какие ворота не лезет. Мне надоело терпеть его агрессивные выходки, но разговаривать с ним, когда он в таком состоянии, бесполезно.

- А что вы сделали, когда он успокоился? - спросил психолог.

- Я наказала его за то, что он ругался и пытался меня ударить, - ответила мать. - Я считаю, что за подобное поведение детей следует наказывать.

- Я понимаю, что вы пережили. Скажите, а вы всегда наказываете его за подобное поведение?

- Конечно, я не позволю, чтобы ему это так просто сходило с рук. -А что происходит, когда вы его наказываете?

- У него просто крыша съезжает. Это ужас.

- Но, несмотря то, что вы наказываете его за подобное поведение, он все равно продолжает ругаться и нападать на вас, так?

- Поэтому я к вам и обратилась, - произнесла мать с натянутой улыбкой.

- Знаете, я не против наказаний, если они осмысленны, то есть если они реально что-то меняют в поведении ребенка. Но я не сторонник идеи наказания ради наказания.

- И что, по-вашему, я должна делать? Просто оставить все, как есть?

- Поймите меня правильно. Мы должны научить Дэнни контролировать свои вспышки, чтобы он перестал бросаться на окружающих. Но ваш метод «не позволять, чтобы ему это сходило с рук» никак не меняет его поведение.

Некоторое время мать обдумывала сказанное.

- Мне казалось, если я буду твердо придерживаться своей линии, до него что-то дойдет, - объяснила она. - Мне не приходило в голову, что все мои усилия могут пропадать впустую.

- Я подозреваю, что Дэнни прекрасно понимает, что вам не нравится его поведение. Я даже совершенно уверен, что он отлично знает, как нужно себя вести.

- Почему же он так себя не ведет? - поинтересовалась мать.

- После нескольких встреч с Дэнни у меня сложилось впечатление, что он почти всегда пребывает в плохом настроении. Скажите, это оттого, что ему не очень нравится сюда ходить, или он всегда такой?

- Всегда, - отвечает мать, - мы зовем его «сердючкой». Мне кажется, он не умеет радоваться жизни... и он очень раздражительный. Все вокруг выводит его из себя.

- Какая тяжелая жизнь, - заметил психолог, - и для него, и для окружающих.

- Да уж, тут вы правы, - вздохнула мать. - Но какое отношение это имеет к его вспыльчивости, приступам ярости и попыткам меня ударить?

- Видите ли, если мы будем рассматривать его как раздражительного и угрюмого парнишку, а не как хама и наглеца, то наш подход к его воспитанию сильно изменится.

- Не понимаю, что вы имеете в виду, - сказала мать.

- Я хочу сказать, что раздражительные и угрюмые дети не нуждаются в строгом воспитании. Я ни разу не видел, чтобы наказания делали ребенка менее раздражительным и возбудимым.

- Я все равно не понимаю, каким образом его раздражительность может оправдывать его неуважение и агрессию по отношению ко мне, - заметила мать.

- Это не столько оправдание, сколько объяснение. Если человек весь день находится в раздраженнном, нервном состоянии, то любая просьба, смена планов или неудобство воспринимается им как нечто, отнимающее у него последние силы. На протяжении дня или недели его способность адекватно реагировать на перемены, неудобства и просьбы постепенно сходит на нет. Ситуация, в которой такой раздражительный и нервный человек в конце концов потеряет самообладание, не обязательно должна быть самой острой - просто он столкнется с ней тогда, когда его силы будут уже на исходе.

Вспомните собственное ощущение усталости после тяжелого рабочего дня. В таком состоянии вы тоже не способны адекватно реагировать на раздражители, и даже небольшая проблема может вывести вас из себя. Я подозреваю, что Дэнни пребывает в подобном состоянии почти постоянно.

- Я не собираюсь позволять ему бить меня только потому, что он раздражен, - возразила мать.

- А я и не говорил, что вы должны позволять ему распускать руки, - ответил психолог. - Подобное поведение недопустимо, но чтобы прекратить драки, ругань и вспышки гнева, надо сконцентрироваться на вещах, которые вы можете сделать до того, как ребенок взорвется, а не после. И надо разобраться, какие дестабилизаторы усугубляют его неадаптивность и вспыльчивость. Насколько я понимаю, прежде всего нужно помочь ему справиться с раздражительностью. [ …]

Назад

Купить книгу «Взрывной ребенок. Новый подход к пониманию и воспитанию легко раздражимых, хронически несговорчивых детей»


Взрывной ребенок. Новый подход к пониманию и воспитанию легко раздражимых, хронически несговорчивых детей В книге профессора Росса В. Грина, специалиста по клинической психологии и психиатрии медицинской школы Гарварда, описывается новый подход к детям, за которыми закрепился эпитет «взрывные». Эти дети демонстрируют непереносимое для окружающих поведение: внезапно впадают в «неадекватное» состояние, зачастую проявляют физическую и словесную агрессию, устраивают длительные скандалы. Метод доктора Грина был разработан, чтобы помочь взрывным детям научиться регулировать свое поведение, справляться со вспышками гнева и раздражения, мирно разрешать споры и разногласия. Книга адресована родителям, психологам, воспитателям и учителям.

© Психологическая помощь, Москва 2006 - 2019 г. | Политика конфиденциальности | Условия использования материалов сайта | Реклама на сайте и сотрудничество | Аренда кабинета психолога | Администрация