Психологическая помощь

Психологическая помощь

Запишитесь на индивидуальную онлайн консультацию к психологу.

Библиотека

Читайте статьи, книги по популярной и научной психологии, пройдите тесты.

Блоги психологов

О человеческой душе и отношениях читайте в психологических блогах.

Психологический форум

Получите бесплатную консультацию специалиста на психологическом форуме.

Мелани Кляйн

Мелани Кляйн
(Melanie Klein)

Зависть и благодарность. Исследование бессознательных источников

Содержание:

Мелани Кляйн

Кляйн М. "Зависть и благодарность. Исследование бессознательных источников". Пер. с англ. Информационный центр психоаналитической культуры Санкт-Петербурга; СПб.: Б.С.К., 1997

Глава 3

I

Для прояснения своих аргументов мне необходимо сослаться на свои идеи относительно раннего Эго. Я считаю, что Эго существует с самого начала постнатальной жизни, хотя и в рудиментарной форме, и во многом недостаточно едино. Уже на самой ранней стадии оно выполняет ряд важных функций. Очень может быть, что это раннее Эго приблизительно совпадает с бессознательной частью Эго, постулируемой Фрейдом. Хотя Фрейд и не подразумевал существования Эго с самого рождения, он приписывал организму функции, которые, как я представляю, могут выполняться только Эго. Угроза уничтожения, исходящая от внутреннего инстинкта смерти, с моей точки зрения, которая в этом отличается от мнения Фрейда, - это та самая примитивная тревога; и именно Эго, обслуживающее инстинкт жизни, возможно, даже приведенное в действие инстинктом жизни, способно до некоторой степени отклонить эту угрозу вовне. Это та самая базовая защита против инстинкта смерти, которую Фрейд приписывал организму и которую я считаю первой деятельностью Эго.

Есть другие первичные деятельности Эго, которые, с моей точки зрения, исходят из настоятельной потребности как-то участвовать в борьбе между инстинктами жизни и смерти. Одной из этих функций является постепенная интеграция, исходящая из инстинкта жизни и выражающая себя в способности любить. Противоположная тенденция Эго - расщеплять себя и свои объекты - частично существует, поскольку Эго в целом не достаточно едино при рождении, и частично - поскольку расщепление образует защиту против примитивной тревоги и, следовательно, является средством защиты Эго. В течение многих лет я приписывала особое значение одному определенному процессу расщепления: разделению груди на хороший и плохой объекты. Я рассматривала это расщепление как выражение врожденного конфликта между любовью и ненавистью и возникающих при этом тревог. Однако, наряду с этим разделением, существуют другие процессы расщепления и только в недавние годы они стали более понятны. Например, я обнаружила, что одновременно с жадной и опустошающей интернализацией объекта - в первую очередь груди - Эго в различной степени фрагментирует себя и свои объекты и таким путем достигает распыления деструктивных импульсов и внутренних персекуторных тревог. Этот процесс, варьирующий по силе и определяющий большую или меньшую степень нормальности индивида, является одной из защит в период параноидно-шизоидной позиции, которая в норме, как я считаю, захватывает первые три-четыре месяца жизни. Я не предполагаю, что во время этого периода младенец не способен к полному удовольствию от еды, от отношений с матерью и частых состояний физического комфорта и благополучия. Но каждый раз, когда возникает тревога, она имеет в основном параноидную природу, и защиты от нее, так же, как и используемые механизмы, являются преимущественно шизоидными. То же самое приложимо, с соответствующими изменениями, к эмоциональной жизни младенца в период, характеризуемый депрессивной позицией.

Возвратимся опять к процессам расщепления, которые я считаю предварительным условием относительной стабильности совсем маленького младенца. На протяжении первых нескольких месяцев младенец обычно сохраняет хороший объект отдельно от плохого и, таким образом, что самое важное, оберегает его, а это также означает, что его безопасность возрастает. В то же время это первичное разделение успешно, только если существует адекватная способность к любви и относительно сильное Эго. Моя гипотеза поэтому состоит в том, что способность в любви обостряет как тенденции к интеграции, так и успешное первичное расщепление между любимым и ненавидимым объектами. Это звучит как парадокс. Но поскольку, как я уже сказала, интеграция основана на крепко укорененном хорошем объекте, который образует ядро Эго, то определенное количество расщепления необходимо для интеграции, так как оно сохраняет хороший объект и дает возможность Эго впоследствии синтезировать эти два его аспекта. Чрезмерная зависть - выражение деструктивных импульсов - препятствует первичному расщеплению между хорошей и плохой грудью, и построение хорошего объекта становится в целом недостижимым. Таким образом, не закладывается основа для полностью развитой и интегрированной взрослой личности, поскольку нарушается позднейшая дифференциация между хорошим и плохим в различных ситуациях. В той мере, в какой это расстройство развития вызвано чрезмерной завистью, оно исходит из преобладания на самых ранних стадиях параноидных и шизоидных механизмов, которые, согласно моей гипотезе, образуют основу шизофрении.

II

При исследовании ранних процессов расщепления существенно важно различать хороший и идеализированный объекты, хотя это различие и не может быть проведено четко. Слишком глубокое расщепление между двумя объектами показывает, что оно проходит не между хорошим и плохим объектами, а между идеализированным и очень скверным. Такое глубокое и резкое их разведение говорит о том, что деструктивные импульсы, зависть и персекуторная тревога очень сильны и что идеализация служит, в основном, защитой от этих эмоций.

Если хороший объект глубоко укоренен, расщепление имеет фундаментально другую природу и позволяет действовать процессам интеграции Эго и синтеза объектов, имеющим решающее значение. Так достигается некоторое смягчение ненависти любовью, и становится возможной проработка депрессивной позиции. В результате идентификация с хорошим и целостным объектом устанавливается более стабильно, что делает Эго более сильным и позволяет ему сохранять свою идентичность, так же, как и чувство собственной «хорошести». Эго становится менее склонным к неразборчивым идентификациям с множеством объектов, которые характерны для слабого Эго. Более того, полная идентификация с хорошим объектом сопровождается чувством, что Я само является хорошим. Когда дела идут плохо, чрезмерная проективная идентификация, посредством которой отщепленные части себя проецируются на объект, приводит к сильной спутанности между собой и объектом, который также становится на место себя. С этим связано ослабление Это и грубые нарушения объектных отношений.

Младенцы, чья способность к любви сильна, чувствуют меньшую потребность в идеализации, по сравнению с теми, у кого преобладают деструктивные импульсы и персекуторная тревога. Чрезмерная идеализация означает, что преследование является основной движущей силой. Как я обнаружила много лет назад при работе с маленькими детьми, идеализация сопутствует персекуторной тревоге - это защита против нее, и идеальная грудь противоположна опустошающей груди.

Идеализированный объект гораздо в меньшей степени интегрирован в Эго, чем хороший объект, поскольку он, в основном, обязан своему происхождению персекуторной тревоге и, в гораздо меньшей степени, - способности любить. Я также обнаружила, что идеализация вызвана врожденным чувством, что хорошая грудь существует, чувством, вызывающим жажду хорошего объекта и способности любить его. Это, видимо, является условием, необходимым для самой жизни, т. е. выражением инстинкта жизни. Поскольку потребность в хорошем объекте является всеобъемлющей, различение между идеализированным и хорошим объектами нельзя считать абсолютным.

Некоторые люди пытаются справиться со своей неспособностью к обладанию хорошим объектом (происходящей от чрезмерной зависти) путем его идеализации. Первичная идеализация ненадежна, т.к. зависть, переживаемая по отношению к хорошему объекту, распространяется и на его идеализированный аспект. То же самое справедливо и по отношению к идеализации последующих объектов и идентификации с ними, которая часто нестабильна и расплывчата. Жадность - важный фактор этой расплывчатой идентификации, т. к. потребность брать лучшее отовсюду противоречит способности к выбору и различению. Эта неспособность также сочетается со спутанностью между хорошим и плохим, которая возникает в отношениях с первичным объектом.

В то время как люди, которые смогли установить первичный хороший объект с относительной надежностью, способны сохранить свою любовь к нему, несмотря на его недостатки, для других людей в их любовных и дружеских отношениях характерна идеализация. А поскольку она имеет тенденцию разрушаться, то один любимый объект может часто заменяться на другой, т. к. ни один не может полностью соответствовать ожиданиям.

Тот человек, который прежде идеализировался, после этого часто ощущается как преследователь (что указывает на корни идеализации - спутницы преследования), и на пего проецируется завистливое и критическое отношение субъекта. Очень важно, что сходные процессы действуют и во внутреннем мире в процессе контейнирования особенно опасных внутренних объектов. Все это ведет к нестабильности во взаимоотношениях. Это еще один аспект слабости Эго, на который я ссылалась раньше в связи с расплывчатыми идентификациями.

Сомнения, связанные с хорошим объектом, легко возникают даже в безопасных отношениях ребенка и матери; это вызвано не только тем, что младенец очень зависим от матери, но и тем, что у него возникает периодическая тревога, что его жадность и деструктивные импульсы одержат победу над ним, - тревога, которая является важным фактором депрессивных состоянии. Таким образом, на любой стадии жизни под давлением тревоги вера в хорошие объекты и доверие к ним могут быть поколеблены; но именно интенсивность и продолжительность этих состояний сомнения, отчаяния и преследуемое определяют, способно ли Эго реинтегрировать себя и восстановить хорошие объекты в целости и сохранности. Надежда на хорошее и вера в существование добра, как можно наблюдать в повседневной жизни, помогают людям во всех несчастьях и эффективно противостоят преследованию.

Назад Вперед

Купить книгу «Зависть и благодарность»


Зависть и благодарность Мелани Кляйн (1882—1960) является одной из наиболее известных и ярких фигур психоаналитического движения XX века. Настоящий том собрания сочинений Мелани Кляйн составили работы, написанные автором в последние годы жизни и опубликованные в 1955-1963 годы. Включенные в данный том работы раскрывают концептуальные вклады М. Кляйн в психоанализ, такие как «Зависть и благодарность», «О развитии психического функционирования», «О психическом здоровье», «О чувстве одиночества» и др.


© Психологическая помощь, Москва 2006 - 2022 г. | Политика конфиденциальности | Условия использования материалов сайта | Администрация